Так вот: римский раб, отпущенный на волю, формально становился гражданином, но фактически оставался в вязкой зависимости от бывшего хозяина – обязан был ему услугами, голосом на выборах, а часто и попросту куском хлеба. Юридическое равенство и хозяйственная зависимость – вещи, которые могут годами существовать в одном человеке, не замечая друг друга, покуда какое-нибудь недоразумение не заставит их встретиться лицом к лицу в суде претора.
Так вот, ув. коллеги, 8 сентября 2026 года Коллегия Евразийской экономической комиссии приняла Решение Коллегии ЕЭК от 08.09.2026 г. N 118 "О выполнении Российской Федерацией обязательств в рамках функционирования внутреннего рынка Евразийского экономического союза", опубликованное 10 сентября и вступающее в силу 10 октября. Документ, прямо скажем, не для широкой публики, но среди узкого круга участников ВЭД, он произвёл эффект, сравнимый с объявлением результатов школьной контрольной, где отличника вдруг поймали на списывании.
*Справка*
Идея союза равных, где кто-то один явно равнее прочих, вообще не нова. Вспомним хоть германский Таможенный союз (Zollverein), с 1834 года объединявший полтора десятка немецких государств под формальным принципом взаимности. Пруссия в этом клубе была равна Саксонии и Гессену ровно так, как бывает равен вольноотпущенник патрону, то есть на бумаге безупречно, а на деле есть вопросики.
___________________________
Суть простая. Постановление Правительства РФ от 19.06.2021 N 936 (в редакции Постановления от 06.02.2026 N 87) наделило Росаккредитацию правом эффектным и, скажем прямо, довольно суровым: если сертификаты одного иностранного органа по сертификации трижды за год приостанавливались на территории РФ, ведомство получало право на год вперёд объявлять недействительными вообще все сертификаты, которые этот орган только выдаст. То есть документ, продукция под который ещё не определена, испытания по которой ещё не проведены, а нарушить пока попросту нечего, уже объявлялся недействительным заранее. Логика, которую юристы вежливо называют "превентивной", а бытовым языком – "на всякий случай сразу два за поведение".
Механизм этот, ув. друзья, не остался чисто теоретическим упражнением. С 9 февраля 2026 года он был применён к трём киргизским органам по сертификации: сначала "Мурас", "Центр Сертификации и Испытаний" и "Эксперт-Лайн", затем к апрелю список пополнили "Аурум", "Тантал" и "Азия Сертификат". Рынок, надо признать, наблюдал за этим с известной долей злорадства: Росаккредитация давно закручивала гайки, и часть профильного сообщества откровенно болела за неё против потока сертификатов сомнительного происхождения.
И вот ЕЭК, которую в этой пьесе трудно назвать иначе, чем строгой классной руководительницей Союза, вынесла вердикт: правила, позволяющие блокировать ещё не выпущенные документы, Договору о ЕАЭС не соответствуют. Коллегия прямо сослалась на статьи 28, 51, 53 и 54 Договора о ЕАЭС, а также на протоколы о техническом регулировании и признании аккредитации и предписала России устранить нарушение в течение 60 календарных дней с момента вступления решения в силу (ориентировочно до 9 декабря 2026 года), отчитавшись перед Комиссией.
Ситуация до крайности напоминает – и здесь мы, наконец, добираемся до настоящей исторической параллели – казус Германии и Европейского центрального банка 2020 года. Тогда Конституционный суд ФРГ признал частично неконституционной программу скупки гособлигаций ЕЦБ. То есть архитектор и главный спонсор европейского проекта вдруг усомнился в легитимности его же наднационального института. Реакция Брюсселя была почти театральной: Еврокомиссия во главе с фон дер Ляйен пригрозила самой Германии – не Мальте, не Кипру, а крупнейшей экономике Союза и его фактическому локомотиву – санкционной процедурой за нарушение права ЕС. Мораль этой истории проста и не нова: наднациональный орган время от времени обязан щёлкать по носу даже того, кто эти правила сам и придумывал, иначе зачем вообще было городить огород с общими правилами.
Так вот. Экономическая асимметрия этой истории заслуживает отдельного взгляда, потому что именно она делает щелчок по носу особенно пикантным.
*Справка*
По имеющимся оценкам, денежные переводы трудовых мигрантов из России формируют около 92,6% всех входящих переводов в Киргизию, а их объём в 2025 году составил порядка 3,2–3,5 миллиарда долларов – это около 15% ВВП страны (несколько лет назад доля доходила почти до трети).
___________________________
То есть страна, чьи сертификационные конторы Россия отправляет в вынужденный отпуск, сама на добрую пятую часть своей экономики живёт на деньги, которые её же граждане зарабатывают в России. Асимметрия здесь не в пользу тезиса "союз равных". Она скорее в пользу тезиса "дружба дружбой, а сертификат врозь", но, ув. друзья, к этому наблюдению стоит относиться не как к упрёку, а именно как к описанию, а факты остаются фактами вне зависимости от того, кому они нравятся больше.
Отдельно стоит заметить, что жёсткость Росаккредитации выросла не на пустом месте и не из бюрократического азарта. За резкими мерами стоят реальные эпизоды, когда сертификаты выдавались без фактически проведённых испытаний. У российской стороны – централизованная цифровая система (ФГИС), позволяющая довольно быстро поймать за руку недобросовестного контрагента; у партнёров по Союзу, по крайней мере в отдельных зафиксированных случаях, обнаружился разрыв между бумагой и реальностью. Вопрос, который поставила ЕЭК, звучит поэтому не "нужно ли было бороться с фиктивными сертификатами", а "законным ли способом с ними боролись", и ответила на него отрицательно.
И здесь мы подходим к самому существенному, ув. коллеги. Решение Коллегии ЕЭК от 08.09.2026 г. N 118 – не результат самодеятельности одного излишне ретивого ведомства. В декабре 2025 года президент дал поручение о реализации так называемого "Плана обеления экономики", один из разделов которого прямо называется "Обеление торговли в рамках ЕАЭС". Куратором назначен профильный вице-премьер. Росаккредитация, вводя свой суровый механизм, действовала во исполнение именно этого поручения, а значит перед нами не эпизод произвола, а часть более широкой и вполне сознательной политической линии.
Из этого для нас с вами, ув. коллеги, следует вывод не радостный и не грустный, а, как это обычно бывает, трезвый. Механизм массового поражения сертификатов, вероятно, придётся смягчить или переформатировать. Россия вряд ли захочет ломать отношения с соседями через колено ради одной юридической конструкции. Киргизские органы по сертификации, скорее всего, временно вернутся в правовое поле. Но политическая воля бороться с фиктивными сертификатами через третьи страны Союза никуда не денется, просто следующий раз инструмент будет выточен аккуратнее, с прицельностью снайпера вместо дробовика. Раунд первый ЕЭК выиграла по очкам. Раунд второй, автор рискнёт предположить, будет не про отмену борьбы, а про её более изящное юридическое оформление.
Upd: Автор, впрочем, знал, что рискует, произнося прогноз вслух. И мир, как это с прогнозами обычно бывает, не заставил себя ждать с ответом. Не прошло и недели, как выяснилось: никакого тихого подпиливания напильником не будет. Заместитель Председателя Правительства Алексей Оверчук – он же член Совета ЕЭК, то есть представитель России уже не за школьной партой Коллегии, а за учительским столом уровнем выше – внёс в Комиссию официальное предложение отменить Решение Коллегии ЕЭК от 08.09.2026 г. N 118 целиком. Не исправить. Не смягчить. Отменить, будто его и не было.
И вот тут начинается настоящий цирк с конями. По регламенту ЕЭК у Совета есть 10 календарных дней на рассмотрение и, что характерно, пока рассмотрение идёт, само Решение Коллегии ЕЭК от 08 сентября 2026 г. N 118 не вступает в силу. То есть Россия одним процедурным ходом поставила на паузу не только исполнение приговора, но и сам приговор: превентивный запрет банить ещё не рождённые сертификаты формально снова жив и здоров, пока где-то в кулуарах Комиссии решают судьбу решения, которое должно было этот запрет отменить. Не согласится Совет – у России в запасе ещё один рычаг: не позднее 30 дней вынести спор на Межправительственный совет или вовсе на Высший совет, то есть на самый верх союзной иерархии. Раунд второй, как выясняется, начался не с примирения, а с апелляции.
Практический же вывод для тех, кто прямо сейчас возит электронику через партнёров по Союзу, до обидного скучен и от этого не менее верен: продолжайте проверять и происхождение сертификата, и репутацию выдавшего его органа, и его историю приостановок независимо от того, действует конкретный запретительный механизм в данный момент или временно поставлен на паузу решением ЕЭК (которое, для полноты картины, само сейчас тоже на паузе). Дисциплинированный смотритель шлагбаума получил было по голове уставом кооператива, но, не успев толком прочувствовать удар, подал апелляцию на само наказание, и шлагбаум, ув. друзья, как ни в чём не бывало продолжает стоять ровно там же.
Кузнецов С. А.
Общение: 