Европейские страны обращались к Турции с просьбой поставить газ, но исключить из него российское происхождение, заявил министр энергетики и природных ресурсов Турции Альпарслан Байрактар. Его слова приводит РИА Новости со ссылкой на телеканал AHaber.
По словам министра, Турция получает природный газ из нескольких источников, включая трубопроводные поставки и сжиженный природный газ. После поступления сырья в единую газотранспортную систему определить, какой именно объем газа имеет российское происхождение, а какой пришел из других источников, технически непросто.
"Источник газа, попадающего в трубопровод, неизвестен", – отметил Байрактар, подчеркнув, что вопрос имеет не только техническую, но и коммерческую и юридическую сторону.
Для Турции это становится особенно актуальным на фоне новых европейских правил, предусматривающих постепенный отказ от российского газа.
ЕС вводит контроль не только за самим газом, но и за его происхождением
Европейский союз в 2026 году закрепил поэтапный запрет на импорт российского трубопроводного газа и СПГ. Согласно принятым правилам, ограничения для краткосрочных контрактов начинают действовать уже в 2026 году, а полный отказ от российского СПГ предусмотрен с начала 2027 года. Для трубопроводного газа окончательный срок приходится на осень 2027 года.
Одновременно ЕС усилил требования к подтверждению происхождения топлива. Импортеры должны предоставлять информацию, позволяющую определить, где был произведен газ. Это должно препятствовать поставкам российского топлива через посредников и третьи страны.
Именно здесь возникает проблема для Турции. Страна сама является крупным потребителем газа и одновременно выступает важным транзитным и торговым узлом между поставщиками сырья и европейским рынком.
Российский газ остается частью турецкого энергобаланса
Турция получает газ сразу из нескольких направлений. Среди основных поставщиков – Россия, Азербайджан и Иран. Дополнительные объемы Анкара получает в виде СПГ по контрактам с международными энергетическими компаниями.
При этом российский газ продолжает играть существенную роль в турецкой энергетике. В ноябре 2025 года Байрактар прямо называл Россию надежным поставщиком и заявлял, что российский газ останется важным источником импорта для страны. Турецкий министр также указывал на необходимость сохранять трубопроводные поставки даже при дальнейшем расширении использования СПГ.
Одновременно Анкара наращивает возможности по закупке сжиженного газа. По данным турецкого Минэнерго, к концу 2025 года страна могла покрывать за счет СПГ почти половину своей потребности в природном газе, а суммарная мощность регазификации достигла 161 млн куб. м в сутки.
Это позволяет Турции постепенно диверсифицировать структуру импорта, но не означает полного отказа от российского топлива.
Газ из разных источников смешивается в общей системе
Для европейских покупателей принципиальное значение имеет не только наличие газа в Турции, но и возможность документально подтвердить его происхождение.
Газовая торговля устроена сложнее, чем поставка отдельных партий товара с уникальной маркировкой. В трубопроводную систему одновременно поступает сырье из разных источников, после чего оно перемещается по единой инфраструктуре.
Поэтому физически выделить молекулы российского газа и отделить их от газа другого происхождения невозможно. На практике происхождение подтверждается контрактами, документами поставщика, маршрутами и другими сведениями о цепочке поставки.
Именно такую проблему и обозначил Байрактар. Если Турция направляет газ в Европу по существующей инфраструктуре, ей необходимо одновременно доказать европейским покупателям происхождение поставляемого объема и соблюдение новых правил ЕС.
Турция сама заинтересована в поставках газа в Европу
Для Анкары вопрос имеет не только энергетическое, но и торговое значение.
Турция стремится укрепить свою роль регионального газового хаба. Ее географическое положение позволяет получать сырье из России, Азербайджана, Ирана и других направлений, а также принимать СПГ и перераспределять энергетические потоки.
Расширение торговли с европейскими странами способно увеличить значение турецкой газовой инфраструктуры и создать дополнительные источники дохода. Но для этого поставки должны соответствовать требованиям европейского законодательства.
Получается своеобразный конфликт интересов: ЕС хочет максимально быстро отказаться от российского газа, тогда как Турция стремится сохранить доступ к различным источникам сырья и использовать свое положение для торговли энергоресурсами.
Европа ищет замену российскому газу через соседние страны
Для ЕС Турция представляет интерес именно благодаря возможности диверсифицировать маршруты и источники поставок.
Европейская комиссия отмечает, что зависимость ЕС от российского газа уже значительно снизилась – с 45% совокупного импорта газа в 2021 году до примерно 12% в 2025 году. Однако полностью отказаться от российских поставок Евросоюз планирует не позднее 2027 года.
В этих условиях растет значение альтернативных поставщиков и транзитных маршрутов. Турция может стать одним из элементов такой системы благодаря собственной добыче в Черном море, поставкам из Азербайджана, СПГ и существующей трубопроводной инфраструктуре.
Однако российский газ остается частью общего энергетического баланса страны. Поэтому требование поставлять исключительно нероссийское топливо означает для Анкары необходимость более тщательно разделять коммерческие потоки и документально подтверждать происхождение газа.
Анкара пока не собирается отказываться от российских поставок
Позиция турецкого правительства заключается в сохранении максимально широкого набора источников энергии.
Власти страны одновременно увеличивают добычу собственного газа, развивают черноморские месторождения, расширяют мощности по приему СПГ и сохраняют долгосрочные связи с традиционными поставщиками. Турецкое Минэнерго прямо заявляло, что диверсификация нужна для повышения надежности снабжения, а не для исключения какого-либо одного источника.
Поэтому требование ЕС отказаться от российского происхождения газа создает для Турции прежде всего проблему организации торговли и подтверждения происхождения топлива.
Для европейского рынка ситуация выглядит иначе. Брюссель теперь заинтересован не просто в дополнительных объемах газа, а в поставках, которые можно документально провести через новую систему контроля.
В результате Турция оказывается между двумя энергетическими стратегиями. Европа пытается окончательно отказаться от российского газа, а Анкара стремится сохранить доступ сразу к нескольким поставщикам и одновременно превратить свое географическое положение в преимущество на региональном энергетическом рынке.
Ирина Лазарева, ТКС.РУ
Общение: 