Законопроект получил широкую поддержку обеих партий, однако для вступления новых мер в силу ему еще предстоит пройти Палату представителей и получить подпись президента. Об этом пишет РБК.
Сенат поддержал законопроект 86 голосами
Сенат США 7 августа одобрил Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026 со счетом 86–11. Законопроект назван в честь сенатора Линдси Грэма, который до своей смерти активно продвигал ужесточение санкций против России. Документ разрабатывался при участии как республиканцев, так и демократов и получил поддержку более 60 сенаторов еще до рассмотрения в палате.
Теперь законопроект должен рассмотреть Палата представителей. Пока документ не стал законом, предусмотренные им новые тарифы и санкционные механизмы автоматически не начинают действовать.
Главная мера направлена не только против России
Ключевая особенность нового пакета – возможность применения вторичных тарифов к странам, которые продолжают покупать значительные объемы российской нефти и газа.
Законопроект предусматривает возможность введения тарифов до 100% на импорт товаров из пяти крупнейших покупателей российской нефти и газа. То есть американские ограничения могут затронуть не только российские компании, но и экономику государств, которые продолжают покупать российские энергоносители.
Именно этот механизм делает законопроект потенциально значительно более масштабным, чем обычные санкции против отдельных российских компаний.
Для Вашингтона логика проста: если прямое ограничение российского экспорта не прекращает поступление валютной выручки в Россию, давление предлагается перенести на покупателей. В результате торговля с Россией становится для них потенциально дороже из-за риска потерять доступ к американскому рынку.
Под ударом могут оказаться Китай и Индия
Главными потенциальными адресатами новой политики считаются Китай и Индия – крупнейшие покупатели российской нефти. Именно на эти страны сенаторы указывали как на ключевые цели вторичных мер.
При этом законопроект ограничивает число стран, против которых может применяться такой механизм, пятью крупнейшими покупателями российского сырья. Это важное отличие от предыдущих вариантов инициативы.
Первоначальная версия законопроекта была значительно жестче. В ней обсуждались тарифы до 500% для стран, которые продолжают покупать российские энергоносители. В ходе переговоров с Белым домом максимальную ставку снизили до 100%, а потенциальный круг стран сократили до пяти.
Таким образом, нынешняя версия представляет собой компромисс между сторонниками максимально жесткого давления на Россию и администрацией Дональда Трампа, которая стремится сохранить возможность самостоятельно управлять тарифной политикой.
Законопроект затрагивает российские банки и теневой флот
Вторичные тарифы – только одна часть документа. Законопроект предусматривает дополнительные санкции против российских государственных структур, финансовых организаций, отдельных лиц и компаний, связанных с российской экономикой и оборонным сектором.
Отдельное внимание уделено российскому "теневому флоту" – сети судов и связанных с ними компаний, которые используются для перевозки российской нефти в обход части западных ограничений. Авторы инициативы рассматривают давление на этот сегмент как способ усложнить экспорт энергоносителей и увеличить издержки их транспортировки.
Законопроект также предусматривает санкционные меры в отношении российских чиновников, олигархов, их родственников, иностранных лиц и компаний, которые, по американской оценке, помогают России обходить ограничения.
Почему прежний вариант дошел до компромисса
История законопроекта показывает, почему его рассмотрение затянулось. Предыдущая версия предполагала гораздо более широкое применение вторичных тарифов – вплоть до 500%. Однако такая конструкция вызывала вопросы даже внутри США, поскольку фактически могла дать президенту чрезвычайно широкие полномочия по изменению торговых отношений сразу с большим количеством государств.
В новой версии тарифный механизм сделали более адресным. Максимальная ставка снижена до 100%, а число потенциальных стран – до пяти крупнейших покупателей российской нефти и газа. При этом президент получает возможность отказаться от применения ограничений или приостановить их в предусмотренных законом случаях.
Это превращает законопроект не столько в автоматический механизм торговой блокады, сколько в дополнительный инструмент давления в руках Белого дома.
Для России главный риск связан с покупателями
Новые меры потенциально важны для российского экспорта именно потому, что после 2022 года значительная часть нефтяных потоков была переориентирована с европейского рынка на азиатские направления.
Поэтому прямые ограничения против российских компаний уже не обязательно способны дать тот же эффект, что несколько лет назад. Американская стратегия теперь предполагает воздействие на цепочку целиком – от производителя и перевозчика до конечного покупателя.
Если США действительно введут максимальные тарифы против крупнейших покупателей российской нефти, перед этими странами встанет выбор между сохранением закупок российского сырья и риском ухудшения доступа на американский рынок.
Для Москвы это создает прежде всего политический и торговый риск, поскольку давление будет направлено на партнеров, через которых Россия в значительной степени компенсировала сокращение поставок на западные рынки.
При этом последствия будут зависеть от того, станет ли закон действовать в первоначальном виде и какую именно ставку тарифов президент США решит применять. Само одобрение Сенатом еще не означает введения 100%-ных тарифов.
Следующий этап – Палата представителей
После голосования в Сенате документ переходит в Палату представителей. Именно там законопроекту предстоит пройти следующий законодательный этап. После принятия обеими палатами его сможет подписать президент.
Поэтому сейчас корректнее говорить о новом потенциальном уровне санкционного давления, а не о введении новых тарифов против покупателей российской нефти.
Для российского энергетического экспорта ключевым вопросом остается то, насколько далеко Вашингтон готов зайти в применении вторичных мер. Если механизм будет реализован на практике, впервые за долгое время основной объект давления может находиться не в России, а непосредственно среди ее крупнейших покупателей.
Андрей Лапин, ТКС.РУ
Общение: 