В условиях кризиса вокруг Ормузского пролива глобальный интерес к СМП как к более безопасному и короткому маршруту растет. Сейчас главными партнерами России в развитии арктической логистики остаются Китай и Индия, но эксперты допускают, что в перспективе к проекту могут подключиться Норвегия и Финляндия. О том, сможет ли Севморпуть стать полноценным торговым маршрутом и что для этого нужно, — в материале "Известий".
Россия готова пустить западные страны на Севморпуть
Кризис вокруг Ормузского пролива поставил под сомнение надежность привычных морских маршрутов. В этих условиях многие страны начали активнее искать альтернативные пути для доставки грузов. Преимущества Севморпути в ситуации геополитической турбулентности становятся всё более очевидными — это и безопасность, и более короткое логистическое плечо, и высокая экологичность, заявил "Известиям" директор департамента европейских проблем МИД РФ, старшее должностное лицо от России в Арктическом совете Владислав Масленников.
— Россия открыта к профильному диалогу со всеми, кто готов к конструктивному и взаимовыгодному сотрудничеству. Сейчас оно в первую очередь развивается с внерегиональными странами, прежде всего с Китаем и Индией. Если западные арктические страны проявят интерес, мы рассмотрим возможные варианты взаимодействия и с их участием, — сказал он.
Для части перевозок между российской Арктикой и Азией Севморпуть действительно позволяет экономить время по сравнению с южными маршрутами. Например, для арктического СПГ путь в Азию летом занимает около 20 дней, в то время как через Суэц — примерно 30 дней, а через мыс Доброй Надежды — около 37.
По СМП растет перевозка и транзитных грузов — в 2025 году этот показатель составил 3,2 млн т. 2 апреля глава "Росатома" Алексей Лихачев заявил, что в 2026 году грузопоток идет на 15% выше прошлогоднего уровня.
Впрочем, пока не стоит рассчитывать, что Севморпуть заменит южные торговые коридоры, считает редактор интернет-портала "Геоэнергетика" Борис Марцинкевич.
— Сейчас СМП работает в основном для вывоза нефти, СПГ и обеспечения северного завоза. Чтобы он действительно стал крупным международным коридором, нужны не только ледоколы, но и развитые порты, круглогодичная сервисная инфраструктура, аварийно-спасательные и медицинские службы, ремонтные мощности и аварийный флот усиленного ледового класса, — подчеркнул он.
Кроме того, маршрут должен быть встроен в более широкую логистику с постоянной догрузкой и перевалкой товаров, как это происходит на традиционных южных трассах. Пока такой модели на СМП нет: часть арктических портов слабо оснащена, а прежняя система связки морского маршрута с северными реками после распада СССР была утрачена.
Если ее удастся восстановить и наполнить маршрут не только сырьевыми, но и другими грузами, у СМП появится шанс выйти за пределы нишевого формата, подчеркнул Марцинкевич.
Пока же Москва может укрепить позиции СМП как дополнительного международного маршрута. И в перспективе Россия могла бы расширить круг партнеров не только за счет Китая и Индии, но и за счет западных арктических стран.
Кто бы мог пользоваться СМП
В число арктических государств, помимо России, входят Дания, Исландия, Канада, Норвегия, США, Финляндия, Швеция. До 2022 года их взаимодействие с Москвой во многом шло через Арктический совет — межправительственный форум, на котором обсуждаются вопросы экологии, устойчивого развития, науки, безопасности судоходства, а также поиска и спасения.
После начала конфликта на Украине работа совета с участием России фактически была заморожена, однако сам формат не распался, а РФ из его состава не исключали. Позже часть рабочих механизмов начала постепенно функционировать.
По словам Масленникова, была восстановлена деятельность рабочих и экспертных групп с участием российских специалистов. Кроме того, обсуждается возможность очных встреч. При этом тема судоходства, особенно в контексте безопасности плавания по СМП, в рамках совета никогда не поднималась, отметил он.
— Мы видим, что действующее датское председательство в Арктическом совете, как и предыдущее норвежское, прикладывает усилия для дальнейшей "разморозки" совета и ведет плотный диалог по этому вопросу со всеми странами-членами, включая Россию, — добавил Масленников.
Если вынести за скобки политическую составляющую, наиболее очевидными партнерами для возможного сотрудничества по арктическому направлению остаются Финляндия и Норвегия, считает Марцинкевич.
— Финляндия традиционно сильна в судостроении и обладает серьезной школой в этой сфере: еще с советских времен она участвовала в производстве корпусов для отечественных атомных реакторов. Норвегия сама заинтересована в Арктике из-за проектов, связанных с освоением высоких широт, и в силу соседства с Россией, — отметил он.
При этом взаимодействие с Норвегией продолжается и сейчас. В декабре 2025 года Москва и Осло договорились о рыболовном соглашении на 2026 год. Кроме того, стороны согласовали совместную научную программу. Норвежские власти прямо признавали, что переговоры были непростыми и проходили в условиях антироссийских санкций, но договориться всё же удалось.
Страны также сотрудничают в рамках работы на архипелаге Шпицберген. Острова находятся под суверенитетом Норвегии, но этот режим также закрепляет равные права государств-участников на ведение там определенных видов хозяйственной деятельности без дискриминации по национальному признаку. Россия сохраняет свое присутствие на архипелаге, прежде всего в Баренцбурге.
Впрочем, как неоднократно заявляли в западных странах, частичное восстановление связей с Россией возможно только после завершения конфликта на Украине. Например, об этом говорил президент Финляндии Александр Стубб. По его словам, европейцам необходимо "ментально подготовиться" к восстановлению отношений с РФ после окончания конфликта.
Тем не менее, пока конфликт находится в острой фазе, все форматы сотрудничества, в том числе в рамках Арктического совета и СМП, будут оставаться замороженными.
Известия
Общение: 