Правительство пытается перенаправить экспорт и поддержать аграриев субсидиями, интервенциями и возможной отменой пошлин.
Российский рынок зерна оказался под давлением из-за резкого сокращения экспортных возможностей на юге страны. Как пишет Forbes, после остановки крупнейших терминалов Азово-Черноморского бассейна значительная часть продукции остается внутри страны, тогда как альтернативные маршруты пока не способны компенсировать прежние объемы перевалки. На этом фоне внутренние цены на зерно снизились на 24% год к году.
Главные зерновые ворота России оказались закрыты
Проблема сосредоточена прежде всего в Азово-Черноморском бассейне. С 30 июля прекратил работу зерновой терминальный комплекс в Тамани мощностью 5,5 млн т в год. В августе остановились три крупных глубоководных терминала Новороссийска: НЗТ с мощностью 8,5 млн т, НКХП с 7,1 млн т и КСК, рассчитанный на перевалку до 10,5 млн т зерна в год.
Совокупно через четыре этих объекта проходило до 88% российского морского экспорта зерна, а их расчетная мощность составляла около 30 млн т в год. Поэтому проблема оказалась не локальной поломкой отдельных объектов, а фактическим выпадением основной экспортной инфраструктуры. По оценке экспертов, августовские отгрузки могут составить всего 1,8–2,5 млн т, что станет одним из минимальных показателей за последнее десятилетие.
Сократилось и число компаний, способных нормально работать с экспортными потоками пшеницы. По оценке Владимира Поклада, из 27 экспортеров фактически действующими остались 11. Единственный крупный зерновой терминал в Черноморском бассейне, продолжающий работу в Туапсе, способен принимать лишь около 160–250 тыс. т в месяц.
Зерно отправляют в обход Черного моря
Российские власти пытаются компенсировать выпадение южной логистики за счет других направлений. В Минсельхозе создан оперативный штаб по переориентации экспорта аграрной продукции. Зерно направляют через каспийские и дальневосточные порты, балтийские терминалы в Высоцке и Усть-Луге, Большой порт Санкт-Петербурга, а также через сухопутные погранпереходы.
Однако быстро заменить черноморскую инфраструктуру невозможно. Альтернативные маршруты требуют перестройки транспортных цепочек, а их совокупная мощность значительно ниже прежних возможностей южных портов. Показательный пример – терминал в Высоцке способен принимать около 3 млн т зерна в год, тогда как один только остановленный НЗТ рассчитан на 8,5 млн т.
При этом переориентация на восток началась еще до нынешнего кризиса. В первом полугодии 2026 года железнодорожные поставки зерна в Китай выросли на 63%, в Иран – на 75%, а в Казахстан – втрое. Теперь маршруты, которые раньше рассматривались как дополнительные, фактически стали основным резервом для сохранения экспорта.
Внутренний рынок получил слишком много зерна
Когда экспортные мощности резко сокращаются, произведенное зерно остается внутри страны. Предложение растет быстрее, чем возможности покупателей его вывезти, переработать или разместить на хранение. В результате давление переносится непосредственно на закупочные цены у сельхозпроизводителей.
По данным, приведенным экспертами, за неделю с 10 по 16 августа пшеница 4-го класса подешевела на 3,1%, до 11 тыс. рублей за тонну, а ячмень – на 5,6%, до 9700 рублей. К концу августа цена зерна в Ростовской области опустилась примерно до 5000–6000 рублей за тонну, что означало снижение на 25–37% за неделю.
Для аграриев проблема заключается не только в снижении выручки. Производственные расходы остаются высокими, а отсутствие понятного экспортного маршрута лишает хозяйства возможности быстро реагировать на изменение цен. В такой ситуации даже хороший урожай превращается из преимущества в дополнительную нагрузку на рынок.
Железная дорога стала главным резервным маршрутом
Правительство выделяет более 9,5 млрд рублей на субсидирование железнодорожных перевозок зерна к портам Черного моря, Балтики и Дальнего Востока. Льготные железнодорожные тарифы для сельхозгрузов действуют в России с 2019 года, однако к августу 2026 года выделенные квоты уже были исчерпаны.
Даже масштабная компенсация транспортных расходов не решает проблему полностью. На длинных маршрутах сама доставка становится слишком дорогой. Для сравнения, железнодорожная перевозка зерна в Иран оценивается в $40–50 за тонну против примерно $15–20 при морской доставке из Новороссийска.
Именно поэтому транспортная субсидия способна поддержать экспорт, но не может мгновенно заменить утраченную портовую инфраструктуру. Главным ограничением остается не только стоимость доставки, но и физическая пропускная способность альтернативных маршрутов.
Отмена пошлин может дать экспортерам пространство для маневра
Еще одним инструментом поддержки может стать отмена экспортных пошлин на пшеницу, ячмень и кукурузу. 2 сентября Минэкономразвития сообщило, что правительство рассмотрит возможность обнулить их до конца 2026 года.
Сейчас размер пошлины рассчитывается еженедельно и зависит от разницы между индикативной экспортной ценой и базовой ценой, установленной государством. С 2 сентября ставка для пшеницы составляет 787,5 рубля за тонну, для кукурузы – 406,5 рубля, а для ячменя пошлина уже обнулена.
Для экспортера отмена сбора означает дополнительную маржу, которая может частично компенсировать подорожание логистики. По оценке экспертов, прекращение действия пошлин способно добавить около $11–13 на тонну. Теоретически это может обеспечить дополнительные 1–2 млн т экспорта за оставшиеся четыре месяца года.
Но временная отмена пошлины сама по себе не гарантирует восстановления вывоза. Если портовые мощности остаются недоступными, экономический стимул сталкивается с физическим ограничением – зерно выгоднее продавать на внешнем рынке, но вывезти его в прежнем объеме невозможно.
Интервенции должны убрать излишки с рынка
Минсельхоз также предложил провести закупочные интервенции объемом 1–3 млн т. Механизм предполагает, что государственный агент – Объединенная зерновая компания – закупит зерно у фермеров и разместит его на элеваторах. Это должно сократить предложение на внутреннем рынке и создать для производителей ценовой ориентир.
Для закупок Минсельхоз установил минимальную цену пшеницы 4-го класса на уровне 13 970 рублей за тонну с НДС, а 3-го класса – 14 630 рублей с НДС. При этом текущие цены в отдельных южных регионах значительно ниже этих уровней.
Однако эксперты расходятся в оценке эффективности такого механизма. Одни считают, что государственные закупки позволят снять напряжение в припортовых регионах и дадут аграриям минимальный ориентир для продаж. Другие указывают, что для заметного влияния на рынок закупать пришлось бы по 1–3 млн т ежемесячно, а не за весь сезон. Дополнительными расходами становятся доставка зерна до определенных элеваторов, приемка и хранение.
Закупочные интервенции в России применяются с 2001 года. Последний раз государство закупало зерно в первой половине 2024 года, а товарные интервенции, при которых накопленные запасы продавались обратно на рынок, проводились с августа 2024 года по июнь 2025 года.
Аграриям предлагают еще одну форму поддержки
Помимо интервенций и транспортных субсидий, власти рассматривают возможность продления льготного кредитования для регионов, где особенно остро стоит проблема вывоза зерна. Также сельхозпроизводителям могут предоставляться субсидии на каждую тонну реализованной продукции.
С 8 июля 2026 года для новых льготных агрокредитов действует ограничение стоимости в размере 50% ключевой ставки Банка России плюс 2 процентных пункта. Для сельхозпроизводителей из Белгородской, Брянской и Курской областей максимальная ставка по новым кредитам установлена на уровне 3% годовых.
Тонная субсидия может оказаться для южных хозяйств более оперативным инструментом, поскольку она привязана к фактически реализованному зерну и не требует от государства формировать большие запасы продукции. Размер поддержки устанавливается регионами, а сама выплата не может превышать 50% фактически понесенных производителем затрат.
Мировой рынок движется в противоположную сторону
Парадокс нынешней ситуации заключается в том, что российское зерно дешевеет именно тогда, когда мировые цены растут. По оценке экспертов, за месяц стоимость пшеницы на мировом рынке увеличилась примерно на 6,5% и достигла двухлетних максимумов.
Причина связана с сокращением доступного предложения из Азово-Черноморского региона. Импортерам приходится искать других поставщиков, что поддерживает цены на американскую, европейскую, канадскую, австралийскую и аргентинскую пшеницу. В конце августа американская пшеница стоила около $321 за тонну, европейская – $262, канадская – $292, австралийская – $291, аргентинская – $239. Российское зерно оценивалось примерно в $224 за тонну с учетом дисконта, но проблема заключается в том, что физически отгрузить его в прежнем объеме невозможно.
Таким образом, снижение российских цен не означает ухудшения мировой конъюнктуры для зерна. Напротив, глобальный рынок демонстрирует устойчивый спрос, однако российские производители временно не могут в полной мере воспользоваться этим спросом из-за ограничений экспортной логистики.
Для рынка это принципиальный момент. Если экспортные мощности будут восстановлены, российское зерно сможет вернуться на внешние рынки благодаря конкурентной цене. Но пока экспортные каналы ограничены, мировое подорожание работает прежде всего на производителей из других стран, тогда как избыток продукции внутри России продолжает давить на доходы отечественных аграриев.
Андрей Лапин, ТКС.РУ
Общение: 